Каэтана Ра
Придет смерть, и у нее будут твои глаза.
Вторая часть первой главы. Ну ваааще не вычитана, предупреждаю)


* * *

– Заккери, поторопись, мы уже опаздываем, – кричал Джеймс из гостиной.

До одиннадцатого дня рождения Зака оставалось два месяца. Как и до моего, но разве кто-нибудь об этом помнил?

Одиннадцать – особый возраст в нашем мире. Совсем скоро мы поедем в Хогвартс. Наконец-то. Сколько раз я читал Наташе «Историю Хогвартса»? Сколько раз я говорил ей, что Хогвартс – наше спасение, наш шанс уйти из этой «семьи»? Каждый раз, когда мы обсуждали его, ее глаза сверкали.

Надежда, которую я читал на ее лице, была той же, которой жил я последние несколько месяцев. Наконец-то я буду в Хогвартсе, далеко от Лили и Джеймса, и надеюсь, что не в том же факультете, где будет Заккери. Наконец-то я смогу жить.

Но Наташе все равно придется ждать два года. Будет трудно, но она сильно изменилась, она выдержит. Я буду ждать ее в Хогвартсе.

Я постучал в ее дверь.

– Принцесса, ты готова? Сомневаюсь, что Джеймс будет нас ждать.

– Я все еще не могу понять, как мы умудрились получить билеты, – рассмеялась она, открывая дверь.

Действительно, большим сюрпризом было то обстоятельство, что когда Лили и Джеймс объявили Заккери, что они поедут посмотреть на драконов в день рожденье Зака, они решили взять с собой и нас. Конечно, такое случалось не в первый раз, но Лили и Джеймс удивили нас.

– Давай не будем думать о том, что будет потом, и просто насладимся шоу, хорошо? Тем более, если бы они хотели избавиться от нас, у них было на это сотни способов сделать это раньше.

– Ты с каждым днем все хорошеешь, – улыбнулся я Наташе. Она надела ожерелье, которое я подарил ей на ее восьмой день рождения полгода назад. Это был первый раз, когда Лили и Джеймс забыли о чем-то настолько важном. Даже если подарков было немного – на самом деле, один на каждый день рождение – и если они быстро забывались, но сам день рождения они никогда не забывали до сих пор. Мне не хочется вспоминать об этом дне. По крайней мере, ей понравился этот подарок: она часто носит его.

Синий опал, под цвет ее глаз. Этот цвет всегда заставляет меня мечтать о том, что в действительности мать Наташи совсем не Лили, и в конце концов Нат найдет свою настоящую маму.

А вот для меня нет даже и такого спасения: мои глаза даже зеленее, чем у Лили. Ни единого шанса.

Я улыбнулся этой мысли. Мой черный юмор я оттачивал годами. Эта же мысль разозлила бы меня еще пару лет назад.

Восемь лет в этом доме достаточный срок для того, чтобы повзрослеть. По крайней мере, для того, чтобы научиться аппарировать. Разница между Заком и Наташей была для меня весомым доказательством. Я хотел отметить этот год как время, когда он стала молодой леди, и уже вышла из детского возраста. Поэтому я подарил ей драгоценный камень.

– Что ж, я стараюсь. Если я достаточно милая, то, может быть, индийский работорговец украдет меня у мамы, – произнесла она с убийственной серьезностью, которая смотрелась немного странно на таком молодом лице.

Черт, как же она быстро учится. Возможно, я ращу чудовище. Мне бы хотелось принять все ее способности к черному юмору на свой счет, но она справлялась с ним так естественно.

– Вы предпочитаете быть проданной, словно рабыня, прельщает вас больше, чем быть тут, со мной? Меня будто бы отвергли, – ответил я, стараясь выглядеть расстроенным, хотя я и продолжал улыбаться.

Она посмотрела на меня влажными глазами. Я застыл в замешательстве. Играет ли она со мной или я действительно все испортил и чем-то довел ее до слез?

– Кроме того, что ты уедешь через два месяца… – она начала всхлипывать, – и оставляешь меня одну с мамой и папой, которые меня не замечают. Никто обо мне не позаботиться…

Кажется, я все испоганил.

– Ты ведь стала настоящей принцессой, правда? Что случилось с той сильной и независимой леди, рядом с которой я жил? – мягкие подколки всегда помогали развеселить ее.

– О, замолчи! – она шагнула ко мне и обняла так, будто бы я уезжаю в вечную землю эльфов или что-то в этом роде.

Я обнял ее, пытаясь запечатлеть в своем сознании ее запах и ощущение ее прикосновения. Чтобы не случилось, я не забуду ее.

– Я буду безумно по тебе скучать, – прошептал я ей в волосы в приступе искренности. – Но у нас еще есть два месяца, так что успокойся. Пойдем, я вижу, как Выживший выбирается из своего логова, – усмехнулся я, наблюдая за те, как приближается наш брат.

Волосы были идеально уложены. Вероятно, постаралась Лили. Он выглядел как гармоничное сочетание Лили и Джеймса: лицо отца, смягченное мягкими чертами матери. Темно-каштановые волосы с рыжим оттенком. У него были глаза Джеймса, каре-серые. Мы с ним одного роста и пожалуй, на этом наше сходство заканчивалось. У меня было лицо Джеймса, но более квадратное, и никакого сходства с Лили, кроме глаз. Терпеть не мог эти глаза. И волосы у меня темнее и всегда растрепаны. Я того не хотел, но так или иначе все это делало меня еще более похожим на Поттера и менее благородным. Во мне прослеживалось пугающее сходство со старыми изображениями Поттера, когда он был совсем молодым.

– Что, вы уже встали? В следующий раз я расскажу маме с папой, как вы меня называете.

Мы не видели в Заккери врага. Хотя он и был богом среди муравьев, но иногда казалось, что он завидует нашим с сестрой отношениям. Бог хотел поиграть с муравьями. Часто он присоединялся к нам, когда мы рисовали или играли в саду, но Лили и Джеймс не могли оставить его «одного» с нами больше, чем на пару минут и брались развлекать его сами.

Он тоже страдал от этого, но все, что он говорил по этому поводу Лили и Джеймсу забывалось так же быстро, как и все остальное, что касалось нас.

– Заккери, ты уже готов? – Джеймс прервал мои размышления криком с лестницы.

Больше ничего не сказав, мы спускаемся вниз. Первым спускается Заккери, чуть ли не вприпрыжку сбегающий по лестнице, переполненный внезапным волнением после окрика Джеймса.

Когда все собрались в гостиной, каждый взялся за край портключа-приглашения. Нам нужно было дождаться, когда большая стрелка завершит свой оборот. Заккери безостановочно болтал о драконах и как удивительно будет их увидеть, а я же мог увидеть, как Наташа от его разговоров загорается предвкушением. Я тоже был довольно взволновал, потому что прочитал всю библиотеку сам хотя бы один раз и второй – с Наташей. Я достаточно знал о Съезде, чтобы понимать, что будет очень весело.

Место, куда мы собирались, было на самом деле больше, чем просто шоу драконов. Съезд Благ Дивандиан – очень старая традиция волшебного мира, никто даже не помнил, с чего она началась и откуда взялось имя Дивандиан, но сейчас съезд стал всемирно известной магической ярмаркой. Все самое важное и волшебное было собрано здесь, будь то мастер зелий, показывающий свой последний эксперимент, или гоблин, выставляющий на всеобщее обозрение зачарованные кинжалы. Съезд проходил в течении двух недель раз в восемь лет.

Одним из самых ожидаемых представлений было Шоу драконов Залодеков, искусство, что передавалось из поколения с 1777 года в семье Залодек, известными повелителями драконов.

Тик-так. Пробило два часа. Португалия, встречай меня. Портключ активировался, превращая приглашение в проводник огромного количество магии. Заколдованный клочок бумаги загорелся, когда картинка вокруг меня дернулась. Спустя несколько секунд, которые потребовались, чтобы переместить мое тело сквозь пространство и время, я упал на землю бездушным мешком. Мне доводилось пользоваться портключом всего дважды в жизни, и могу сказать, что я не получаю от этого никакого удовольствия. Заккери упал вниз головой, и теперь на его губы прилипла трава, но предвкушение в его глазах стопорило любой другой сигнал мозга.

Помогая Наташе подняться на ноги, я бросил взгляд на спектакль, что предстал перед нашими глазами.

Святая моль из преисподни, если бы я искал место, куда мог сбежать…

Примерно в ста метрах от нас располагался город из ярких огней и цветов, все здания (или это были просто киоски?) имели разные формы: какие-то были выше, какие-то – ниже, а некоторые меняли свою форму в то время, пока я смотрел на них.

Одно здание выглядело настолько широким, что казалось, что в нем может поместиться трижды наш дом, в то время как цепочка других смотрелась настолько маленькими, что вряд ли они подошли хотя бы для мышей. Улица была заполнена ведьмами, магами, волшебными существами, полукровками и другими. В небе сквозь столбы подкрашенного дыма и цветных лучей пролетало множество различных предметов. Я мог увидеть серебряную дорожку, без всякой логики петляющую между зданиями, словно огромная змея пыталась поймать муху на скорости хорошей гоночной метлы.

Больше нигде погода не была такой замечательной. Наверняка важные метеомаги сидели по периметру города, ведь ровно над ним была огромная дыра в слое облаков, через которую было видно яркий голубой кусок неба и откуда на всех нас падали солнечные лучи.

– Это самое прекрасное место на свете, – так, будто бы это было неоспоримым фактом, тихо произнесла Наташа. Прямо здесь я бы не смог поспорить с ней, оно просто обязано быть самым прекрасным местом на земле.

Следуя за Лили и Джеймсом ко входу, на каждом шагу мы встречали все более удивительные вещи, ранее не виданные, сумасшедшие.
– Смотри! Они, наверно, вампиры! – группа вампиров направлялась к Съезду, идя слева от нас. Черные одеяния, белая кожа, черные драгоценные камни и телохранители, вооруженные мечами.

Они шли, словно короли из старых сказок. Более слабая нечисть не ходит открыто в настолько людных местах. И это только подтверждает, как важен этот Съезд.

– О боже, Гарри, кажется, это единорог! – воскликнула она во второй раз, наткнувшись взглядом на величественное существо, сияющее своей белизной так, что я сразу нашел его, хотя единорог был далеко.

Наконец-то мы добрались до входа, где воспользовались ВИП ходом. Разве мог лорд Поттер пройти, как все? Казалось, что Джеймс счастлив использовать свой статус хотя бы раз, поскольку на нас никто не обратит внимания в таком огромном и удивительном месте, так что нет смысла скрываться и использовать чужое имя.

Оказавшись внутри, мы немного побродили без особой цели, стараясь увидеть и услышать как можно больше.

Тут не было никакого порядка, торговцы и изобретатели стояли вперемешку. Можно было увидеть рядом знаменитых мастером из Тибета, невозмутимо ждущих будущих клиентов, до продавца «горгульесражающего» оружия, громогласно расхваливающего свой товар, размахивая боевыми мечами и топорами. Слишком много всего было вокруг, я просто не успевал рассмотреть один стенд, как уже был у другого. Все происходило слишком быстро, мой мозг не успевал перепрыгнуть от одного стенда к другому без естественной реакции – тормозить.

Примерно спустя полчаса мы сделали перерыв и причалили к скамейке. Голова звенела так, что я даже не мог отличить свою магию от магии, которым было переполнено это место.

В то время как Лили и Джеймс во время прогулки втолковывали что-то Заккери, мы с Нат вполне были рады возможности рассмотреть все, что могли, и совсем не разговаривали.

– Итак, как тебе здесь? Если Хогвартс хотя бы вполовину так же безумен, то я умру от восхищения, – поинтересовался я.

– Поверить не могу, что здесь столько всего! – с энтузиазмом начала Наташа, подбираясь ко мне поближе. – Никогда не слышала о заклятии, нейтрализующем расщепление! Или о проклятии Османской дубинки! И о том, как же много чар на метлах, да хотя бы чары оптимизации перераспределения воды, которую показали на стенде Нимбуса. Это было что-то невероятное! – после этих слов она перестала смотреть на меня, а перевела свой взгляд куда-то в пространство перед собой, размахивая руками так, будто бы объясняла мне, как правильно бороться с диким котом. – Невероятно, что они зачаровывали каждый прутик до того как эта формула была изобретена…

Я не мог сдержать улыбки, глядя на ее энтузиазм. Я знал, что ей здесь понравится. Она заслуживала быть счастливой. Это был тот самый редкий момент, когда ее улыбка была по-настоящему счастливой.

- Да, я тоже это видел, но если честно, это было выше моего понимания. Особенно та часть, где он представил прототип метлы с прутиками, присоединяющимися к телу тонкими золотыми нитями. Примерно с этого места я не смог уловить ничего.
Я только собрался пояснить, почему этот прототип для меня слишком безумен, когда Зак вскочил со скамейки и прервал меня, обращаясь к родителям.

- Ну а теперь – драконы! – это была команда, ни больше, ни меньше. – Мы посмотрели всякие штучки и… другие вещи, а теперь пришло время драконов!

Лили улыбнулась ему так, будто бы он прямо здесь превратился в миленького маленького тюленя.
– Не беспокойся, мы успеем, шоу Залодеков начнется через полчаса. Мы забежим к стенду мастеру зелий, Томпсону, и тогда отправимся к драконам.

Всем было ясно, что Лили не упустит возможности посмотреть на зельеварческие штучки, поскольку эксперименты с зельями были ее второй страстью после сына. Но Джеймс еще и подчеркнул это, преувеличенно бодрым движением подойдя к Лили, как бы показывая: «даже не думай закатывать сцен, не то она превратиться в фурию, а в конце концов мы все равно пойдем туда.» Мой брат, очевидно, намек уловил, и исторг из себя слабое «угу».

Уже спустя десять минут мы стояли у стенда Томпсона, рассматривали зелья и описания к ним. Лили направилась прямиком к Томпсону и была распознана им как коллега по цеху, так что вскоре они были погружены в беседу двух мастеров зелий.
Я подошел к случайной колбе и прочитал бумагу, приложенную к нему.

Мирквиорианная смесь. Для наружного применения. Защищает от сил природы, более ценно в лесу (животные, растения, магические создания). Приспособлено для защиты от флоры и фауны или для снижения нежелательных эффектов от них. Изобретено в 1991 году. Можно сочетать с зельем Повелитель Животных и/или друидскими рунами для лучшего контроля над лесными силами. Действует два часа (4 унции) на среднестатистического сорокалетнего волшебника.

Различные зелья казались боле-менее полезными, но все они казались довольно сложными. Этот Томпсон точно не был второсортным зельеваришкой: я мог понять, почему Лили так сильно хотела с ним встретиться. Он был еще не так уж и стар по меркам магического мира – может быть, ему было около восьмидесяти. Трудно сказать. Лицо у него было длинным, с бородой. Томпсон носил голубой халат и носил небольшой пузырек на цепочке.

– …собранная вместе с Египетскими волшебниками лунная пыль чрезвычайно опасная вещь, магическая реакция может быть невероятной… – он указал на бочку слева от себя. – Проект шефа, но вот только у него не было времени, поэтому приехал сюда я, хотя и не принимал участия в этой разработке… – на этом моменте я прекратил вслушиваться, поскольку не имею ни малейшего понятия о лунной пыли и вообще не представляю, как можно что-то собрать с луны.

Я вернулся к Наташе, которая в тот момент рассматривала флакон с зельем, черным, как сам космос.

Эликсир питания тени – в разработке! – КРАЙНЕ ОПАСНО – для наружного применения. Позволяет выпившему его приобретать новое чувство – чувство тени. Позволяет извлекать из тени информацию и дает контроль над тенями. Изобретено в 1985 году Дж. И Саламандрой. Вместе с тем, информация все еще сложна для понимания волшебником. Есть риск смерти мозга из-за получения чужеродной информации. Действует час - 4 унции на среднего сорокалетнего волшебника.

– Священный бред! Нат, что, черт возьми, ты откопала? – я не то смеялся, не то и вправду был испуган только что прочитанным.
– Да, я знаю, скажи, это просто невероятно, нет, можешь только поверить? – тихо пробормотала она так, будто бы зелье само могло забраться ей в глотку, если бы она проговорила чуть громче.

– Я сейчас в таком состоянии, что могу поверить во все что угодно, – я пожал плечами, чуть посмеиваясь. – Я слышал, как они обсуждали лунную пыль. Представь себе – лунную пыль – всерьез!

– Пап, мы пропустим драконов, если не поторопимся, – Зак, однако, вообще не проявлял никакого интереса к зельям и постоянно поглядывал на часы, ноя о том, что мы опоздаем.

И тогда все началось.


@темы: Too young to die